Павел Костомаров - один из самых обсуждаемых и интересных режиссеров современного российского документального кино. Ни один отечественный фестиваль документальных фильмов не обходится без его картин. KINOTE публикует мнение Карины Караевой о творчестве режиссера.

Кадр из фильма "Вдвоем"

Павел Костомаров всегда присутствует в драматургии действия, к нему обращаются герои, как, например, женщина в фильме "Мать" ("Понимаешь, Паша"). Костомарова прежде всего интересует жизнь самого обыкновенного человека. В этой жизни пересекаются события и случаи. В картине «Трансформатор» производственная авария превращается в лингвистическую и акустическую катастрофу. В «Матери» дочь внезапно «пересекает» основную драматургическую линию, связанную с ее мамой, и позволяет раскрыться иной грани характера главной героини. Повествование фильма «Вдвоем» ведется от лица художников, работающих в жанре народного творчества и абсолютно уверенных в собственной великой миссии. Однако режиссер предлагает посмотреть на их существование сквозь призму самых банальных житейских случаев. Эти случаи в конечном счете вытесняют саму эмоцию человека. То есть, безусловно, Костомаров прежде всего заинтересован в характере своего героя, в его переживании, одним словом, в драматургии чувства, но ни в «Трансформаторе», ни в «Вдвоем» этого не удается обнаружить. Персонаж растворяется в иллюстрации происшествия, в его бесчувственном вербальном документировании, как в «Трансформаторе». Хотя здесь можно предъявить претензии и утверждать, что именно выразительность народной, не поддающейся цензуре, речи является наиболее плотным лейтмотивом фильма.

Кадр из фильма "Мать"

Костомаров бесстрастно наблюдает, он не заинтересован в действии как поступке, что не составляет критического отношения, но он банализирует происшествие и настаивает на этом аспекте его изначально незамеченного как будто органического состояния. Статичная камера, почти не меняющаяся композиция, условно говорящая голова. Эксперимент заключен здесь в отсутствии любой информации, в постоянной провокации, когда слушать это невозможно, но ничего другого не остается. Именно на этом первичном впечатлении играет Павел Костомаров. Он как будто блуждает в волшебном лесу, чья сказочность заключается только во внушенной в детстве иллюзии. Безусловно, настаивать на традиционном дистанцированном отношении к герою достаточно старомодно в контексте авторского эклектичного современного отношения к искусству в целом, и к документу в искусстве в частности. Однако мне кажется, что Костомаров недостаточно радикально понимает предложенные реальностью условия, которые должны быть отражены в искусстве. Банальность, которая в настоящем выдается за оригинальность, на самом деле не всегда обладает даже небольшой толикой выразительности.

Кадр из фильма "Мать"

Костомаров очевидно растерян и находится в перманентном поиске подлинной природы человека, которая постоянно испытывает его на чувство, отношение, рефлексию по отношению к окружающим изменениям. Именно поэтому часто в фильмах Костомарова появляется его собственный голос, в котором звучит постоянное «Почему?». Это же «почему» задает Антон Павлович Чехов, и в бездействие его героев свято веришь, потому что именно в нем заключена особая национальная судьба, которая как раз неразрывно связана с почти мученической самоотверженностью и почти предательской верой в возможное лучшее, когда «небо в алмазах». Костомаров находится, если можно так выразиться, в визуальном пост-чеховском положении, когда, наконец, стала очевидна тщетность любой искренности. Здесь будто единственной надеждой остается измученная мать, которая готова усыновить собственного внука, потому что такова глубокая, народная, мужественная, переходящая от мата к истерике, любовь, заложенная в ней. Эта банальная любовь, наверное, позволяет Павлу Костомарову снова и снова искать новую, еще не обретенную, подлинность.

Текст: Карина Караева
Автор - руководитель отдела видео-кино программ Государственного центра современного искусства

Мнения наших авторов не всегда совпадают с позицией редакции