Во Франции впервые на DVD вышли "Пария" /Paria/ и "Рана" /La blessure/ - две части масштабной трилогии современности, задуманной Николя Клотцем вместе с его постоянным соавтором Элизабет Персефаль. Прочитать эссе Жака-Люка Нанси можно по этой ссылке.

Кадр из фильма "Рана"

Николя Клотц снял несколько документальных фильмов о таких музыкантах, как Рави Шанкар (Ravi Shankar), Брэд Мелдау (Brad Mehldau) и Джеймс Картер) (James Carter), а также экранизацию Мирчи Элиаде "Бенгальская ночь" (La nuit Bengali). С 1999 по 2006 годы он работал над "трилогией о современности", в которую вошли "Пария", "Рана" и "Человеческий фактор" (La question humaine). Впервые доступные на DVD "Пария" и "Рана" позволяют заново взглянуть на кинематограф Николя Клотца и Элизабет Персефаль.

Диски изданы с уникальными дополнительными материалами. Дилогия Николя Клотца "Диалоги нелегалов" (Dialogues clandestins) позволяет лучше понять источники вдохновения авторов. В "Диалогах нелегалов" участвуют португальский режиссер Педро Кошта и философ Жан-Люк Нанси. В картинах "Твое нежное лицо" (Ton doux visage) и "Твоя неисчезающая улыбка" (Ton sourire pas enfoui) Клотц снимает Персефаль, которая рассказывает о своей работе, пытаясь запечатлеть её движения и жесты. Издания сопровождаются буклетами с текстами и интервью.

"Пария" (Paria)
2000, 125 мин., Франция

Обложка диска "Пария"

20-летний Виктор, только что влюбившийся в Аннабель, в один вечер теряет работу курьера в видеопрокате после того, как у него украли скутер, и оказывается на улице, выброшенный из квартиры за неуплату. Блуждая по улице со своими пожитками, он знакомится с 25-летним «профессиональным» бомжом Момо. Момо предлагают заработать, заключив фиктивный брак с арабской девушкой, позволяющий легализовать ее пребывание во Франции. Они с Виктором бродят по улицам в новогоднюю ночь, пока Париж готовится праздновать вступление в новое тысячелетие, и в конце концов попадают в облаву, очищающую город от нежелательных элементов. Проведя ночь в спецраспределителе, Виктор отправляется на свидание, которое он назначил Аннабель.

"Рана" (La blessure)
2004, 162 мин., Бельгия-Франция

Кадр из фильма "Рана"

Рецензия Жана-Мишеля Фродона "Граница и пределы" (Cahiers du cinema, апрель 2005):

Бландин прилетает из Конго в Париж, где уже обосновался ее муж Папи. Но в аэропорту ее вместе с другими африканцами отказываются выпускать наружу и пытаются отправить обратно следующим рейсом. В сутолоке Бландин серьезно ранит ногу. Ей удается избежать насильственного выдворения из Франции, однако представители власти, у которых она просит убежища, не желают замечать ни ее рану, ни самого ее присутствия.

Папи приводит Бландин в сквот с замурованными окнами, где вместе с ними живут Фанни и Кари, вынужденные заниматься проституцией, Моктар, боящийся выходить на улицу, Стив, утративший последние иллюзии... Постепенно Бландин погружается в молчание.

Это будет... прямо. С первых минут начинаешь понимать. Кадр равен тому, что в нем показано (включая и его длительность, и затемненность). Все вместе – как песня, общий смысл которой безмерно превосходит каждую "фразу", каждый куплет. "Фраза" – это кадр.

Это будет... красиво. И жестко. Красиво, потому что жестко.

Кадр из фильма "Рана"

Николя Клотц и главный оператор Элен Лувар добивались этой красоты как ответа – политического и нервного – на ситуацию... Когда идет бессмысленное насилие, когда отправляют обратно на родину (на верную смерть) тех, кто приезжает легально, кого ждут близкие, – на это сейчас можно ответить только так: достоинством формы, благородством взгляда, обращенного к этим людям и возвращающего им уважение, в котором все вокруг им отказали.

В своей композиции фильм отходит от классической драматургии, строящейся вокруг главного персонажа. "Рана" – это не история Бландин и не история пары Бландин-Папи. Другие истории то и дело врываются в фильм, располагаются в кадре, и им посвящаются сцены такого же драматического значения и такой же красоты – согласно принципу неплотной мозаики, в которой зазоры обладают не меньшим смыслом, чем то, что изображено. Именно эти зазоры и говорят нам - художественными средствами – о сложности и многообразии реального мира.